Home История вирусов и болезней Эпидемические болезни в прошлом

Эпидемические болезни в прошлом

Эпидемические болезни в прошлом приносили огромные бедствия не только людям, лишая их самого ценного—жизни, но и науке о роде человеческом, т. е. антропологии и этнографии. Так, например, эпидемия оспы, уничтожившая в 1862 году все коренное население острова Пасхи (болезнь завезли туда перуанцы со своими рабами), сильно затруднила изучение древней культуры острова, его народа, письменности и быта и значительно увеличила тем самым для ученых, по словам известного исследователя Тура Хейердала, количество «загадок» острова Пасхи.

Периодические вспышки оспы наблюдались во многих странах Востока и Среднего Востока. В Гонконге, к примеру, в 1937 году умерло от оспы 1000 человек, в Таиланде в 1958 году — 2500, в Пакистане в 1960 году — 5000; в течение марта 1963 года только в одном городе Дакке (Восточный Пакистан) жертвами болезни стали 850 человек, а за последние 8 месяцев 1967 года —2000. 1 апреля 1963 года агентство Пресс Траст оф Индия передало сообщение о новой эпидемии оспы в Индии. В штате Уттар Прадеш (Северная Индия), как официально объявили в законодательном собрании штата, было зарегистрировано 6000 заболевших, из них за три месяца умерло 1785 человек. Большая вспышка наблюдалась в странах Среднего Востока в 1951 году, когда заболело оспой 490 тысяч человек, из коих 166 тысяч погибли.

Такие эпидемии объясняются плохим санитарным надзором в этих странах. Много вреда борьбе с оспой приносят также различные религиозные предрассудки. Французский писатель Пьер Гаскар совершил в 1956—1957 годах, по приглашению Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), большое путешествие по странам Азии и Африки. В своей книге «Путешествие к живым» (1958 г.) он пишет, что в Индии еще до недавнего времени оспа рассматривалась как знак особой милости богини Кали. Восхищенные такой «милостью», соседи больного стараются навещать его и в свою очередь сами становятся носителями вируса. Чтобы не оскорблять богиню, целые деревни отказываются от прививок и, разумеется, постепенно вымирают. Из таких очагов оспенная инфекция может легко переброситься в любую часть земного шара воздушным путем.

Вот, например, какой случай произошел в Польше. 15 июля 1963 года в санитарно-эпидемиологическую станцию города Вроцлава в 7 часов утра явился заведующий отделом заразных болезней и сообщил, что няня этой станции по фамилии Ковалюв и ее мать Полубинская заболели черной оспой. Ею заболел также врач Стефан Завада, посещавший по вызову этих больных. Директор санэпидстанции доктор Родзевич понял, что если не принять самых срочных мер, то может вспыхнуть большая эпидемия. Поэтому уже в 7 часов 15 минут он распорядился закрыть все двери санэпидстанции и запретил вход и выход из нее. Немедленно был созван эпидемиологический совет врачей, в задачу которого входило разработать соответствующие директивы и инструкции по борьбе с надвигающейся опасностью. Общее руководство и координацию действий осуществляла особая тройка в составе докторов Родзевича, Охлевского и Балицкого. Затем были организованы бригады: диагностическая, консультативная, карантинная, изоляционная, хозяйственная, финансовая, транспортная, вакцинации, госпитализации и дезинфекции. Началось «вылавливание» всех, кто когда-либо соприкасался с заболевшими. Оказалось, что за предыдущие дни с ними общалось около девяноста человек! Всех их необходимо было немедленно разыскать, изолировать и поместить в карантин. Но ведь многие из этих девяноста человек в свою очередь контактировали с другими лицами. Если срочно не изолировать и их, то число контактирующих и, следовательно, заболевающих нарастало бы в геометрической прогрессии. В связи с этим была проведена огромная организационная работа. Сознательные граждане по оповещению о нависшей опасности являлись в изоляторы добровольно, неся с собой все необходимые принадлежности — полотенца, мыло, пижамы, книги и прочее, так как понимали, что карантин продлится около месяца. Иных же пришлось принуждать. В Польше в июле 1963 года было очень жарко, температура доходила до 38—40 градусов, но население, находящееся в карантинах, устраиваемых на вольном воздухе в парках, чувствовало себя совсем неплохо.